М.А.Колеров

"Вопросы Жизни":
история и содержание (1905)

Едва начался двадцатый век, как в сознании русской интеллигенции "заколебались те конечные цели цивилизации и просвещения, которые прежде представлялись несомненными"(1) и руководили всей ее духовно-об-щественной деятельностью за истекшие пятьдесят лет.
В первую очередь это коснулось, однако, не "практического и теорети-ческого разума" интеллигенции, продолжавшего свою тотальную борьбу с государством, а тех, кто лишь время от времени сталкивались с народолюбивой литературой и пресловутой кружковщиной. Сталкивались, чтобы еще резче и бескомпромисснее разоблачать их идолопоклонничество и приземленность. И теперь, не меняя интонации, звали безбожную интеллигенцию к идеалам церкви, а церковь к "больной совести" радикалов и нигилистов.
Открывшиеся в конце 1901 года в Петербурге Религиозно-философские собрания и утвержденный ими круг религиозных писателей (Д.С.Мереж-ковский, Д.В.Философов, В.А.Тернавцев, В.В.Розанов, П.П.Перцов и др.), однако, отнюдь не представляли ни действительной церкви, ни действитель-ной интеллигенции, но дали начало ежемесячному журналу "Новый Путь"(1903-1904). Его программа гласила: "Прежнее утилитарно-позитив-ное миросозерцание, не включавшее в себя ни искусства, ни философии, ни даже науки во всей возможной их сложности, уже бессильно ответиить на запросы современного сознания и на наших глазах сменяется иными исканиями". Журнал стал первым органом "декадентов" и весьма удачно объединил под одной обложкой вчерашних гонителей и гонимых: монархи-ста и мыслителя Розанова - и писателя и монархиста Мережковского. Стержнем союза были Собрания, протоколы которых составили важную часть журнала: неразрывная связь эстетизма и идеализма требовала лишь обнаружения, а не доказательства. И в этом "Новый Путь" (далее - НП) не оказался ни одиноким, ни первым. Желанием "ответить на вопросы современного сознания" были исполнены: в сфере изящного - "Мир Искусства" (сосуществование в нем "эстетов" и "идеалистов", однако, увенчалось расколом), в философии - "Вопросы философии и психологии" (впрочем, их идеализм все еще уживался с позитивизмом). Но журнальные коллеги НП не могли составить ему конкуренции - соперничество исхо-дило от тех, кому НП адресовал свою проповедь и, мимикрируя, старался составить "направление". В 1902 году идеалисты от университетской фи-лософии и от социализма вторглись в сферу общественных идеалов, на которую претендовал НП: их сборник "Проблемы идеализма" разрушал позитивистские основания социального мировоззрения, как неспособные дать действительную жизнь идее личности и ее свободы, дать санкцию положительной социальной борьбе и ответить на главные вопросы челове-ческого существования. В сборнике П.И.Новгородцев и С.Н.Булгаков, П.Б.Струве и Н.А.Бердяев утверждали права метафизики, но во имя политической свободы - ц поэтому могли, казалось бы, рассчитывать на успех в интеллигентской среде. Но метафизика по-прежнему воспринима-лась как прибежище реакции, и глухое отчуждение почти в равной степени преследовало как "идеалистическое направление в освободительном движе-нии", так и НП. Как вспоминала З.Н.Гиппиус, "всякое слово мистики считалось безумием, а слово религии предательством"(2).
Еще в 1901 году, во имя пропаганды направления (в те времена называвшегося "критическим") С.Н.Булгаков планировал выкупить у из-дателя журнала "Научное Обозрение"(3), в 1902 - Н.А.Бердяев собирался возглаваить научно-критический отдел нового журнала "Маяк"(4). Но пол-итическая неблагонадежность "идеалистов" в конечном счете не позволила им самим учредить собственный орган(5).
К началу 1904 года обер-прокурор Св.Синода К.П.Победоносцев запре-тил Религиозно-философские собрания, и с февральского номера НП публикация их протоколов "по не зависящим от редакции обстоятельствам" прекратилась. НП утратил свое "главное подспорье" (Гиппиус). Одновре-менно заколебалась и основа финансовая. Иссякли пожертвования, упала подписка, "денег... хватало всего на первые девять книжек 1904г."(6). Редак-тор-издатель НП П.П.Перцов предпринял первые шаги навстречу "идеа-листам"(7). Но у них с февраля-марта 1904 г. вызревал собственный проект: журнал "Вопросы Жизни", разрешение на издание получил Н.О.Лосский, а деньги давал Д.Е.Жуковский. Булгаков подбирал сотрудников(8).
Получив отказ и отчаявшись возродить НП, Перцов "стал охладевать к делу"(9). Его все более оттесняли новые, "общественные" веяния в НП, которым он оставался чужд. В апереле 1904 г. Мережковские приняли на должность секретаря редакции Г.И.Чулкова, только что вернувшегося из ссылки в Восточную Сибирь. Тот принялся за литературную критику и впутреннюю хронику, открыв страницы НП политической обыденности. Необходимо было либо отказаться от следования веяниям времени, либо попытаться философски их осмыслить, встроить или впитать в идеалисти-ческую программу. Руководство НП задумалось: "Где искать людей, кото-рые могли бы поставить и вести журнал в области общественно-политиче-ской? Таких, при том, с какими наш журнал не утерял бы совершенно и окончательно первоначального своего облика и главного заданья. Кроме группы "идеалистов" не было никого"(10). Д.В.Философов, с июня 1904 разделивший официальное редакторство с Перцовым, а с июля - установив "единовластие", сделал новые шаги навстречу идеалистической "обще-ственности". Обширно и сочувственно цитируя Булгакова, Философов, некогда упрекавший "Проблемы идеализма" в отсутствии религиозного начала, писал: "Нашим прогрессистам надо понять, наконец, что единст-венный рычаг, могущий сдвинуть мир с места, находится не в руках человека. [...] Это как будто поняли идеалисты... Они ребром поставили вечные вопросы жизни и духа, и пытаются дать им удовлетворительное решение при помощи идеалистической религии". Но потенциальным союз-никам ставилось условие: "им надо перестать испытывать Бога и обратиться к внутреннему мистическому опыту... "Новый Путь" почувствовал необхо-димость такого перевала в нашем сознании от идеализма к мистицизму"(11). В августовском номере журнала рецензент НП выделял участников "Про-блем идеализма" из сонма левых теоретиков: "Требование высшей санкции для практической жизни сознается ими необыкновенно ясно; их критерии и принципы "прошли чрез горнило сомнений""(12).
Признание заслуг "идеалистов" было небесполезным, ибо к лету 1904 г. их шансы на создание самостоятельного органа ухудшились. 8 июня Булгаков признавался Гершензону: "К сожалению, мы потерпели аварию, которая ставит под сомнение самое существование журнала из-за отсутст-вия достаточно прочного материального базиса. Главная причина - арест Жуковского, который еще сидит. Однако, мы не потеряли надежды наскре-сти средства и открыть журнал. Вопрос выяснится осенью..."(13). Бердяев, будучи за границей, решил посоветоваться со Струве относительно сотруд-ничества с Мережковскими, с которыми он, единственный из "идеалистов", был близко знаком(14): "Нам, т.е. главным образом мне и Сергею Николае-вичу, предлагают вступить в редакцию "Нового Пути" на очень выгодных условиях. Для этого к Серг. Никол, специально приезжал в Крым офици-альный делегат от "Н.П.". Комбинация такова, что мы делаемся фактиче-скими хозяевами журнала и приобретаем целый ряд талантливых сотруд-ников, которых и без того желали иметь у себя в журнале. Розанов может быть совершенно устранен, так же, как и некоторые другие подобные писатели. Но нам навязывается в качестве редактора Философов. Клянутся, что он человек очень радикальный и что с ним легко иметь дело. Какого Вы об этом мнения, считаете ли Вы эту комбинацию приемлемой?
Это, конечно, в том случае, если нельзя будет создать собственного журнала за недостатком денег, что очень возможно. А тут мы получаем уже готовый журнал с поставленной хозяйственной частью (у журнала 2500 подписчи-ков и он почти окупается)(15). Фактически же разница будет только в заглавии. Но удасться ли нам [преодолеть] тот предрассудок, который существует относительно "Нового Пути"; согласятся ли у нас писать позитивисты, без которых мы не можем создать конкретной публицистики? Прежде всего, согласны ли Вы и в случае, если мы возьмем "Н.П.", принимать близкое участие в журнале? Сер. Ник. считает возможной эту комбинацию, если собственный журнал не удастся, я тоже, но предвижу решительный протест Павла Ивановича [Новгородцева] и многих сотруд-ников... Лучше, конечно, создать "Воп. Жизни", но, если это окажется невозможным, то почему не попробовать создать их под названием "Нового Пути"(16). Ответа Бердяев тогда не получил и в начале сентября отправился в Россию. В сентябре состоялись новые переговоры. Г.И.Чулков вспоминал:
"Когда Мережковские вернулись из загарничной поездки, они впервые заговорили о привлечении к журналу Н.А.Бердяева, С.Н.Булгакова и прочих философов. Сделать это было не так просто. До знакомства со мной Мережковские пытались вести переговоры с этими писателями, но безус-пешно."(17). Чулков был отправлен в Кореиз, близ Ялты, где у родителей жены проводил лето Булгаков. Тот был рад эмиссару и хвалил новую, политизированную ориентацию НП. "Конституция" нового журнала была выработана, казалось, без затруднений.. 11 сентября Философов извещал Перцова: "только на днях выяснилась судьба "Нов.Пути". Поставлена она была в зависимость главным образом от того обстоятельства, примкнут ли к нам идеалисты или нет. Велись долгие переговоры с Булгаковым. Г.И.Чул-ков ездил к нему в Крым, затем я был у него в Москве, и наконец в четверг он приезжал сюда для свидания с Мережковскими... камень преткновения - деньги". Месяц спустя Философов, словно извиняясь, подчеркивал: "Новый Путь" все-таки остался без религиозно-философских собраний и жизненный, самый реальный опыт, вынесенный нами из этих собраний, более чем что-либо убедил нас, что без "либерализма" далеко не уедешь"(18). "Идеалисты" приводили с собой не только П.И.Новгородцева, Н.О.Лос-ского, С.Л.Франка, но и так называемых "позитивистов" - практиков либерально-демократического движения, с которыми они были связаны по прежней и нынешней литературной и научной деятельности, по одесским "Южным Запискам", "Киевским Откликам" и т.д: В.В.Водовозова, Л.А.Яснопольского, М.И. Туган-Барановского, В.Ф.Тотомьянца. Философов так определял границы их влияния: "мы обязались не помещать ни одной статьи общественно-политического характера без ведома С.Н.Булгакова, кото-рый имеет в таких случаях право "veto"(19). Однако, новые союзники разделение "властей" понимали иначе. Булгаков утверждал: "с октября преобразовывается "Новый Путь", и я (т.е. моя группа) становлюсь его фактическим редактором, словом осуществляются "Вопросы Жизни"... Первая книжка наша выйдет в ноябре"(20). Так же думал Бердяев: "К нам переходит "Новый Путь" на таких условиях, что мы оказываемся его полными хозяевами... В объявлении я и Сергей Николаевич будем названы фактическими редакторами журнала, ... неприятные для нас сотрудники будут устранены"(21). Действительно, в номере 10-11 в объявлении о пере-менах был дан. всем понятный эвфемизм: отныне НП выходил "при ближайшем участии" Булгакова и Бердяева (Философов довольствовался должностью редактора-издателя, как об этом 22 декабря сообщил подпис-чикам №12, и претендовал сохранить ее за собой в следующем году). С осени 1904 г. отдел объявлений НП заполнился рекламой книг Булгакова, Волжского, изданий Жуковского и т.п... Розанов же - "совсем скис и в редакцию не приходил"(22).
Структура, рубрики, многие авторы НП остались прежними - и причи-ной тому была не только преемственность редакционного портфеля и добрая воля "идеалистов". "Путейцы" на самом деле готовились к печальному, но сосуществованию с ними. "Обновленный состав сотрудников" выступил с новой программой журнала. Были заявлены постоянные отделы: "Без плана (статьи по текущим вопросам)" - Булгакова, "Философия и жизнь" - Бердяева, "Вне очереди" - П. Г. (псевдоним П.Б.Струве в "Проблемах идеализма"). Среди запланированных статей назывались (из тех, что так и не появились в журнале в объявленных формулировках): Бердяева - "Великий инквизитор", "Рационализм и мистицизм", "Критика государст-венного позитивизма"; Булгакова "Л.Фейербах и Вл.Соловьев о человеке и человечестве"; В.И.Вернадского "Демократия и наука"; А.М.Ведена - "Эмпириокритицизм и имманентная философия", "Судьба гегельянства";
Жуковского - "Моральный вопрос по драмам Ибсена", "Пер Гюнт и Бранд"; Б.А.Кистяковского "В защиту научно-философского идеализма"; С.А.Котляревского "О национальном идеале"; Н.О.Лосского "О познании конечных целей"; Н.М.Минского "Нравственная проблема нашего време-ни"; П. И. Новгородцева - "Идея государства" и "Принцип основания всеобщего избирательного права"; Д.В.Философова "Русское искусство и русское общество"; Г.И. Челпанова "О причинности и целесообразности" и т.д. Как утверждал Чулков, "литературная часть осталась неприкосновен-ной. Я отстоял символистов. Но философские и публицистические статьи были уже иного, не "новопутейского" стиля"(23). Оставя в стороне публици-стику, можно заключить, что "идеалисты", впервые в истории НП, намере-вались поставить его религиозные принципы на твердую философскую почву и вписать религиозное отношение к миру в поле религиозного отношения к жизни, прежде всего социальной. "Идеалисты" задумывались над средствами утверждения религиозного идеала в действительности, исходя не только из качеств "материала", но и из специфики "посюсторон-него" воплощения абсолютных ценностей. Поэтому-то и Булгаков и, пона-чалу, Бердяев "по своей душевной природе были людьми не совсем "свои-ми"" для клана Мережковских.
Особенно ярко это проявилось в их отношениях с литературной частью нового НП. Булгаков "весь был преисполнен самой высокой добродетели и больше всего боялся "порочных" поэтов. Он сразу почувствовал, что я не так уж строг к декадентам, и умолял меня быть осмотрительней в отделе поэзии", - свидетельствовал Чулков(24). Более терпимым оказался Бердяев.
Это нетрудно было предугадать, зная интерес его - к Метерлинку, а Булгакова - к Васнецову. "В платформе журнала так именно было, "Бер- ...": "Дайте стихи!" Дать стихи, зная: "-гаков" не станет печатать"(25). Важнее другое - сам факт вмешательства "идеалистов" в суверенный отдел Мережковских-Чулкова. И конфликт разразился - в начале 1905 года. Еще осенью Булгаков, дабы не делить ответственности, вынудил З. Гиппиус подписаться псевдо-нимом под ее статьей о Блоке. Теперь же - Чулков, переходя на сторону новых хозяев, налагает вето на новую статью Гиппиус, находя ее но иному ведомству - политической. Мережковские вызывают в Петербург Булгакова и ставят ультиматум: либо они, либо Чулков. Несмотря на их "добрую волю к уступкам", редакционное собрание принимает сторону Чулкова(26). Мережковские вы-ходят из НП и вскоре выступают с требованием его закрытия(27). Первый номер за 1905 год задерживается. И тогда "идеалисты" вспоминают о ранее полученном разрешении на издание "Вопросов жизни" (далее - ВЖ). Н.О.Лосский становится его редактором-издателем(28). В первом номере появляется извещение философова, согласно коему подписчики НП, в силу его "приостановки", отныне бесплатно получают ВЖ. Рядом располагается объявление о подписке на ВЖ, которые являются "продолжением" НП "в том направлении, какое он получил с октября 1904 г. "Красноречивейшим свидетельством стала обещанная в № 2 и 3 рассылка оттисков первых глав неоконченных в НП статей, касающаяся только работ Булгакова и Волжского. Лосский взялся поставить в приложение два сочинения И.Г.Фихте: "О назначении человека" и "Основные черты современной эпохи" (последнее не появилось).
Несмотря на раскол, Мережковские в журнале-таки остались: не редак-ционным участием, а сочинениями. Постепенная перемена "кожи", вялотекущий конфликт со старым НП не помешали ВЖ сразу осознать свое качественное отличие и от НП и от раннего "идеализма". Обращаясь к предыстории журнала, Булгаков при-знавал, что "религиозной проповеди" НП "идеализм" противопоставлял лишь "религиозную неопределенность". Но проповедь НП оказалась на-прасной, ибо обращалась в первую очередь к церковным кругам, и не указывала интеллегенции пути "от старого традиционного позитивизма к мировоззрению религиозному" (ВЖ. 1905, № 3. С.399-400 - далее указывается только номер и страница) С другой стороны, идеализм Бер-дяева, Новгородцева, С.А.Котляревского и самого Булгакова (заявивший о себе в "Вопросах философии и психологии") вплотную подводил к необхо-димости "показать не только теоретическую, но и практическую правду философии "идеализма", установить живую связь философии и жизни, выяснить ее общественное значение" (3, 301-302). Вдохновленные опытом религиозно-философско-общественного синтеза Владимира Соловьева (10-1 1, 283), ВЖ решали двуединую задачу: преемственности и преодоления наследия НП. Если первой служило отставание "автономии личности" (Франк: 3, 250), свободы совести и т.д., то второй - ориентация на "жизнь, как идеальную задачу, как нравственную норму, как меру вещей" (Булга-ков: 2, 348). Именно такое совмещение задач давало действительную основу лозунгу "нового религиозного сознания" (Бердяев: 7, 184-185), вот уже три года, как выдвинутого "идеалистами"(29). "Новое" в нем, разумеется, состо-яло не в новых догматах (как ото показала полемика Философова с Свенцицким в 1907 г.), а в обнаружении богочеловеческого процесса в общественном жизнестроительстве. Призыв Мережковского к "новому ре-лигиозному действию", обращенный к Бердяеву (якобы "осветившему светом философского сознания" то, к чему Мережковский подходил "рели-гиозным чутьем" (10-11, 360)), на опыте НП обосновать было невозможно.
Только "философское сознание" обязывало с особым вниманием отнестись ко всему тому, что стоит между "сознанием" и "действием". "Слишком индивидуалистичный" Мережковский НП(30) не схватывал этого перехода - главного, чему отдавался ВЖ, - социального бытия, религии и философии (и не случайно именно "аристократ" Бердяев оказался наиболее близким НП). Асоциальность НП подавала надежд на обращение интеллигенции к Богу. Силой такого обращения должен был стать философский идеализм и "усвоенное" соловьевство.
Задачи перехода от позитивистской общественности к религиозной верно почувствовал Е.Н.Трубецкой, в открытом письме Булгакову выставивший свое понимание программы ВЖ. Трубецкой признал бесперспективным опыт сотрудничества НП с духовенством ("иудеями"), к которому, однако, неизбежно влекла "христанская политика" Солоньека. Плодотворной пред-ставлялась ориентация на "эллинов" - хранителей языческой, светской мудрости, отстаивающих гуманизм и индивидуализм и в своей вере в прогресс вплотную приблизившихся к признанию провиденциального пла-на бытия. Поэтому Трубецкой советовал, не отказываясь от "обсуждения вопросов христианской политики", подобно Соловьеву, "совершить путеше-ствие в Афины и перебросить мост через пропасть", разделявшую религию и философию (2, 387-390).
"Эллинам" и предназначались ВЖ. Булгаков "всецело принял" програм-му Трубецкого: она выявила внутренний замысел "идеалистов". Для пре-одоления пропасти, писал Булгаков, - "философия должна искать Бога, это ее высшая и последняя, пожалуй, единственная задача". Установление единой истины и единого языка для души и разума - вот задача "эллинов", понявших значение религиозных вопросов. Язык церкви чужд современ-ному человеку и в этом - одна из причин общественного равнодушия к проповеди НП (3, 388-394). Пропасть, разделяющая Афины и Иерусалим, может быть преодолена лишь "религиозным идеализмом", той самой "тео-ретической философией", которую игнорировали Мережковские. Отвечая на призыв "новопутейцев" к "мистическому опыту", Булгаков апеллировал к Соловьеву, предназначившему рационалистической философии опреде-лять "права мистики", а мистике - "проникать философию".
Другой "пробел" НП, вновь выявившийся для Булгакова в свете письма Трубецкого, - дефицит "здоровой общественности", связи с жизнью и ее прогрессом (3, 400-401). Оправдание земной жизни как Тела Христова, действие Бога и человека навстречу друг другу, составляющее суть бого-человеческого процесса, требует и "христианского прогресса"(31), и призна-ния религии "силой социального прогресса" (I, 36-37).
Из той же посылки исходил и "идеал-реализм" Булгакова, призванный провести "встречное действие" идеала и средств между Сциллой и Харибдой "отвлеченностей": позитивизма и социального морализма. Идеалы для своего воплощения нуждаются в социальной среде, и в ней "мораль нечувствительно перерастает в социальную политику" (1, 19-21). Государ-ственное, социальное, относительное зло подвержено рациональному по-знанию и исправлению. "Иррациональное, мистическое начало.... законно лишь там, где его творцом и носителем является свободное индивидуальное сознание, а его объектом - нечто, лежащее за пределами эмпирической действительности" (Франк: 3, 231-232, 250). "Оправдание жизни", пред-принятое ВЖ, позволяло уяснить ее абсолютные основы и критерии оценки, придавало общий смысл "позитивной" социальной политике.
Внимание к живой личности обязывало либеральную курию ВЖ при-страстно исследовать проблемы права, позволяющего соблюсти равновесие между общественным рационализмом и иррационализмом, демократией и деспотией, свободой и властью, либерализмом и социализмом (Франк: 3, 249; Кистяковский: 1, 131). Бердяева же больше беспокоил не баланс "позитивизмов" и "эвдемонизмов", а "выход из круга" насилия и власти (2, 377). В требовании абсолютной свободы личности его мысль успокаивалась только на "мистическом анархизме", а слова о "реальной политике", открывающей путь к теократии (7, 179-194), были лишь данью коллектив-ному мнению.
Однако, не внутренние разногласия были главной проблемой ВЖ. Труд-ности возникли с построением "христианской политики". Лаборатория таковой - "Христианское братство борьбы" - наглядно продемонстриро-вала непродуманность совмещения "религиозного оправдания" радикализ-ма с его социалистической программой. Лишь весьма немногочисленные представители духовенства (будущие "обновленцы") поставляли кадры христианской политики. Простой народ не находил прямой связи между крестным знамением и заработком. А трактовка социального зла как "социального греха" общества (1, 36), а не власти, отталкивала от "Брат-ства" тех, на кого оно рассчитывало. С прежним "общественным" мировоз-зрением, оставленным в неприкосновенности внутри "христианской пол-итики", ее сторонники были обречены на недоуменное непонимание как слева, так и справа. И, что более существенно, - на отсутсвие истинного "реализма".
Наблюдая ВЖ, З.Н.Гиппиус не удержалась от комментариев(32). От нее не укрылась явная неслиянность общественности, религиозности и декаденства в журнале. Отмечая глубокие философско-психологические разли-чия Булгакова и Бердяева и надеясь на их раскол, Гиппиус находила корни "неразрешимого противоречия" в механическом соединении в ВЖ идейной и практической программы. Она писала о Булгакове: "Я не вижу, чем христианство изменило его политику и чем политика изменила его христи-анство. Какими были они врозь, такими и продолжают быть вместе." Гиппиус задумывалась о возвращении НП. Л.Шестов писал заведующему конторой ВЖ А.М.Ремизову: "Сегодня прочел в "Н[ашей] Ж[изни]", что возобновляется "Новый Путь"... "В.Жизни" разбухают, благодаря полити-ке, и, если от вас декаденты уйдут, придется прибавить порядочно плана "потребительских обществ в Италии". Лучше уж вам помириться с З.Н. ... Бедный Д.Е. теперь из-за "В.Ж." совсем без денег сидит"(33). Но возврат к НП был совершенно невозможен и вреден. Ведь в "рели-гиозных" присяганиях интеллигентскому политицизму (Бердяев: 3, 257;
Булгаков: 2, 360; А.В.Карташев: 3, 441 и др.) журнал нащупывал основы его внутреннего преодоления. Если политика становилась "лишь частью этики" (Франк: 6, 267), если политическая "реформа" мыслилась одновре-менно с " реформацией и ренессансом" (Булгаков: 1, 313; Бердяев: 4-5, 333), то и освобождаемая личность должна была восстать не только против насилия власти, но и против деспотизма общественности. Не случайно Булгаков предупреждал, что с наступлением политической свободы, когда она перестанет концентрировать разнообразные духовные потребности, когда встанут задачи вне-политического устроения, русская интеллигенция неизбежно переживет духовный кризис. И вскоре наступило 17 октября 1905, вызвавшее самые большие надежды.
Настоятельной задачей ВЖ теперь стало освобождение религии от диктата политики (10-11, 260), религиозного переосмысления ее основ. Нужно было усмотреть взаимосвязь религиозной инертности и политиче-ского максимализма, неспособности к позитивному общественному строи-тельству той среды, к которой обращались ВЖ, и самим обнаружить внутренюю погрешность в связи "богочеловеческого процесса" с "идеал-ре-ализмом". Следовало изменить само представление об интеллигенции, как предназначенной к внешнему действию изолированной группе, вспомнить о высшем понимании Церкви как открытой вовне религиозной общности, строящей свою духовную и социальную жизнь в согласии с абсолютными ценностями.
В очерке философии П.Я.Чаадаева М.О.Гершензон определил его миро-созерцание как "социальный мистицизм". Согласно Гершензону, в Царст-вии Божьем Чаадаев видел "не общее благоденствие и не торжество нравственного закона", а "внутреннее слияние человечества с Богом" (10-11, 309). В среде идейных сторонников Булгакова говорилось, что "человечество, становящееся Церковью", осуществляет "в себе Царство Божие"(34). Вполне очевидно, что новые задачи делали существование ВЖ как "литературно-общественного" журнала проблематичным. Первый же день отмены цензуры (ВЖ сообщили, что с № 10-11 выходят без дозволения цензора) должен был прекратить вынужденное сосуществование газетно-партийной публицистики и "идеализма". В ноябре 1905 г. редакция заявила, что "журнал, преследующий общекультурные и религиозно-философские цели, предпочитает сохранить независимое, внепартийное положение, хотя, конечно, всецело присоединяется к общему освободительному и социали-стическому движению во имя анархического идеала в его религиозном понимании" (.10-11, 395). Но, объявляя о подписке на 1906 г. уже на "культурный" журнал, Булгаков и Бердяев называли среди сотрудников столь разные лица, что объединение их было возможно только вокруг "культуры с ее непреходящими ценностями", без какого бы то ни было "присоединения к ... движению". ВЖ хотели соединить С.А.Аскольдова, А.М.Врдена, А.В.Карташева, И.Н.Давыдова, Е.Н.Трубецкого, Свенцицко-го, Струве, Гершензона, Лосского, Розанова, Шестова, Франка, Мережков-ских, Котляревского, Кистяковского... Поддерживая "церковное освободи-тельное движение", ВЖ готовились публиковать протоколы "Религиозно-общественных собраний", что очень напоминало НП. Однако, еще до выхода декабрьского номера, "ближайшие сотрудники" встали перед необходимостью закрыть ВЖ(35). И лишь обязанность закон-чить печатание ряда статей(36) вынудило составить бледный и тонкий послед-ний номер: денежный дефицит не позволил сделать большего(36а). Впрочем, были и другие причины смерти ВЖ. Ставка на "культуру" оказалась явно недостаточной для социальных мыслителей. Разочарование в интеллиген-ции вынудило их искать других субъектов жизнестроительства: ближе к политике или к церкви. С декабря 1905 г. начал выходить еженедельник Струве "Полярная Звезда", оттянувший всю либерально-политическую часть ВЖ; параллельно предпринимались попытки создания "церковно-ре-формационного и церковно-революционного еженедельника"(37), увенчав-шиеся успехом лишь в апреле 1906 (Киевская газета "Народ" под редак-цией Булгакова и Волжского), но ненадолго. "Христианское братство борьбы" на протяжении 1906-1908 гг. не остав-ляло надежды основать собственный орган: издало два выпуска "Вопросов религии" (художник, Е.Е.Лансере, многозначительно подчеркнул их внеш-нее сходство с собственным оформлением обложки ВЖ); в союзе с "обнов-ленцами" учредило столь же недолговечные еженедельники "Век" и "Живая Жизнь".
Е.Н.Трубецкой с 1906 г. возглавил "Московский Еженедельник". Мережковские и Бердяев в том же году потерпели неудачу с проектом "религиозно-общественного, философского и литературного" журнала "Меч".
Наконец в 1907 г. многочисленные взаимопересечения сотрудников в названных предприятиях нашли успокоение в перешедшем в руки Струве "толстом" журнале "Русская Мысль". Открывшаяся в журнале полемика о соотношении религии и политики свидетельствовала, что каждый из наслед-ников ВЖ но отдельности не мог остановиться на простой перемене среды и оценок. Они двигнались навстречу друг другу к перемене "жизненных перспектив"(38), - чтобы встретиться в "Вехах"

Примечания

1. В.А.Тернавцев. Русская Церковь перед великой задачей //Новый Путь. 1903. №
1. Приложение. С. 19.
2. Антон Крайний (З.Гиппиус). Литературный дневник (1899-1907). Спб, 1908. C.V.
3. С.Н.Булгаков - П.Б.Струве //ЦПА ИТИС. Ф. 279. On. I. Д. 75. Лл. 96,103-107, 110.
4. Н.А.Бердяев. Письма П.Б. и Н.А.Струве //Пролегомены. Вып. 1. (в печати).
5. Н.А.Бердяев до 1903г. находился в ссылке, что влекло за собой поражение в правах, запрещающее, помимо всего прочего, учреждать периодическое издание. С.Н.Булгакова в 1904 г. МВД потребовало отправить в отставку из Киевского Политех-нического института за его политическую деятельность и ряд газетных статей. Только ведомственная принадлежность Министерству финансов спасла Булгакова, оставив "подмоченной" его официальную репутацию. Политически неблагонадежными были и другие деятели "идеалистического направления": П.Б.Струве (в эмиграции), С.Л.Франк, Д,Е,Жуковский, Б.А.Кистяковский и др.
6. Д.Максимов "Новый Путь" //В.Евгеньев-Максимов и Д.Максимов. Из прошлого русской журналистики. Статьи и материалы. Л., 1930. С. 160. Эта работа, а также глава И.В.Корецкой в коллективной монографии "Литературный процесс и русская журналистика конца XIX - начала XX века", посвященная НП и "Вопросам Жизни" (М.,1982. С. 179-233), избавляют меня от необходимости специальной литературно-художественной характеристики журналов.
7. А.В.Лавров. Архив П.П.Перцова //Ежегодник Рукописного отдела Пушкинско-го Дома на 1973 г. Л., 1976. С.48.
8. С.Н.Булгаков - М.О.Гершензону //ОР ГБЛ. Ф.746. Оп.1. К.29. Ед.хр. 23. Лл. 17-18.
9. З.Н.Гиппиус. Живые лица. Прага, 1925. Вып.2. С.60.
10. З.Н.Гиппиус-Мережковская, Дмитрий Мережковский //Серебряный век. Ме-муары. М., 1990. С. 105-106.
11. Д.Философов. Искусство и жизнь. Верхарн и Вандервельде //Новый Путь. 1904. № 7. С.233-235. Примечательно впервые появляющееся в НП красноречивое соединение имен: не лишенного социальности а ла Константен Менье, эстета и само-бытника Верхарна и его друга - либерального социалиста Вандервельде.
12. С.К. философия и направления //Новый Путь. 1904. № 8. С. 231.
13. С.Н.Булгаков - М.О.Гершензону //ОР ГБЛ. Ф.746. Оп. 1. К.29. Ед.хр.23. Л.22.
14. В НП его брат, С.А.Бердяев, как автор традиционных обзоров философской жизни Киева в журнале, опубликовал стенографический отчет публичной полемики Бердяева с М.Б.Ратнером по поводу "Проблем идеализма". (1904. №3. С.212-242.).
15. Бердяев и Булгаков были введены в заблуждение относительно действительного финансового положения НП. Данные о 2500 подписчиках восходят к информации за 1903 год (НП, 1903. № 12. С.225-226.). На 1904 год тираж НП составил 2000 экз., из них оплаченных подписчиками только немногим более 1000 экз. (Д.Максимов. "Но-ныи Путь"... С.226), что, разумеется, не обеспечивало "поставленной хозяйственной части".
16. Н.А.Бердяев. Письма П.Б. и П.А.Струве.
17. Г.Чулков. Годы странствий. Из книги воспоминаний. М., 1930. С.59.
18. Цит. по: А.В.Лавров. Архив П.П.Перцова... С.48-49. .
19. Д.В.Философов - В.Я.Брюсову 22 сентября 1904 //ОР ГБЛ. Ф.386. К.106. Ед.хр. 32. Л.20.
20. С.П.Булгаков - М.О.Гершензону 14 сентября 1904 //ОР ГБЛ. Ф.746. Оп 1. К.29. Ед.хр.23. Л.23.
21. Н.А.Бердяев. Письма Б.П. и П.А.Струве...
22. З.Н.Гиппиус-Мережковская. Дмитрий Мережковский... С.106.
23. Г.Чулков. Годы странствий... С.62.
24. Там же. С. 60-61. Хотя, по собственному признанию Булгакова ему было ближе "декаденство", чем натурализм "Знания" (Вопросы Жизни. 1905. № 2. С.354.).
25. Андрей Белый. Начало века. М.,1990. С.493.
26. З.Н.Гиппиус. Живые лица. Вып.1. С.26-28; Г.Чулков. Годы странствий... С.63.
27. Д.Максимов. "Новый Путь"... С.162.
28. Г.Чулков. Годы странствий. С.66. Указывая на этот источник, я весьма крити-чески оцениваю характер его сообщений. Лосский, в противоположность заявлению Чулкова, не был чужд кружку "идеалистов", и уже поэтому Чулкову, не знавшему всей предыстории ВЖ, не может принадлежать та честь установления контактов с Лосским, на которую он нескромно намекает. В январе 1905 к "ближайшим участникам" ВЖ добавился Жуковский, но это говорило лишь о финансовом его участии (с июня он стал официальным издателем ВЖ).
29. (П.Струве] От редакции //Освобождение (Штуттгарт) .№1.18 июня 1902г. С.З.
30. З.Гиппиус. Живые лица. Вып.1. С.26.
31. Это понятие из программы "Христианского братства борьбы", созданного в феврале 1905 года при участии Булгакова и круга авторов ВЖ, в который вскоре вошли и инициаторы "Братства" В.П.Свенцицкий и В.Ф.Эрн (В.П. Свенцицкий. Христиан-ское братство борьбы. М., 1906. С.21). "Союз Христианской политики", декларирован-ный Булгаковым в ВЖ, был второй попыткой организации "христианской партии" вокруг задач "христианской политики".
32. Далее приводятся цитаты из статьи З.Н.Гиппиус "Все против всех" (1905), включенной в ее "Литературный дневник" (С.311-324).
33. РО ГПБ. Ф.634. Оп.1. Ед.хр. 240.Л.24.
34. В.П.Свенцицкий. Христианское братство борьбы... С.12.
35. Г.Чулков. Годы странствий... С. 80.
36. С.Н.Булгаков - В.В.Розанову 21 марта 1906 //ОР ГБЛ. Ф.249. М3823. Ед.хр. 7.Л.З.
З6а. В настоящей статье, к сожалению, не были использованы материалы ЦГАЛИ. Как показывает предисловие В.Аллоя к публикации письма З.Н.Гиппиус, они позво-ляют пролить дополнительный свет на историю журнала. Исследователь цитирует письма Булгакова Волжскому от 28 декабря 1905 г., в котором сообщается, что, по возвращении из эмиграции П.Б.Струве, Д.Е.Жуковский переориентировался на его предприятия и охладел к ВЖ: "Д.Е. ... не хочет издать даже декабрьскую книжку" (Минувшее: Исторический альманах. 4. М., 1991. С.331).
37. А.В.Карташев - Андерю Белому 29 ноября 1905. Цит. по: А.В.Лавров. Коммен-тарии //Андрей Белый. Начало века... С.677.
38. С.Н.Булгаков - В.В.Розанову // ОР ГБЛ. Ф.249. М3823. Ед.хр.7. Л.8об.

---